Пт. Июл 3rd, 2020

ЕВРОРЕГИОН info

Новости еврорегионов и стран, входящих в еврорегионы

Молдавские экологи бьют в набат: Ялпугу грозит катастрофа. Украина пока молчит

22 min read

Река Ялпуг, проходящая по территории Гагаузии, превратилась в сточную канаву ее столицы Комрата, где уже 20 лет практически не работают очистные сооружения. Из-за этого отходы предприятий и неочищенные канализационные стоки сливаются прямо в реку. Местные экологи предупреждают о возможном экологическом бедствии, причем международного масштаба: Ялпуг — часть водного бассейна Дуная. Сайт newsmaker.md изучал, почему до сих пор не реализован проект реконструкции очистных сооружений, подготовленный мэрией Комрата в 2011 году.

«Там воды нет»

В Комрате состоялось внеочередное заседание мунсовета, единственным вопросом повестки которого была экологическая ситуация вокруг реки Ялпуг. Кроме советников, на заседание пригласили руководство Экологической инспекции города, Центра общественного здоровья автономии и депутатов Народного собрания Гагаузии.

Как сообщил начальник Экологической инспекции Евгений Шевченко, его ведомство ежеквартально проводит лабораторные исследования воды в реке: «Результат страшный — там воды нет. Это самотечный коллектор Комрата».

По информации главы Центра общественного здоровья Гагаузии Ивана Хасты, сточные воды «просачиваются в грунт и попадают в грунтовые воды, которые питают точки водозабора местных жителей». Небезопасными для человека стали также обитающая в реке рыба и животные, которые пьют из реки воду. По мнению Хасты, экологическая ситуация в Комрате в жаркое время года может привести к вспышке холеры, как это было в 1996 году.

Ялпуг

Река Ялпуг имеет протяженность около 140 км и берет начало на юге Молдовы. Хотя река до сих пор считается в Молдове одной из самых больших, она совсем пересохла на участке проходящем через Комрат. Здесь русло заросло камышом и почти пересохло, а вместо речной воды по нему текут канализационные стоки вперемешку с кусками некой засохшей массы. Все это направляется дальше на юг, где река впадает в одно из самых больших озер Украины с одноименным названием Ялпуг.

По словам эколога Людмилы Федотовой, река Ялпуг — ключевая часть экологической системы Гагаузии. «У нас нет гор, почти нет лесов. Кроме того, Ялпуг — часть водного бассейна реки Дунай. Поэтому ее загрязнение влияет на экологическое состояние всего бассейна», — отметила эколог.

Очистные сооружения

Очистные сооружения в Комрате построили в 1980-х годах, но они давно не работают. Стоки просто переливаются из одного отстойника в другой, после чего их сбрасывают в Ялпуг. При этом, как рассказал глава городской Экологической инспекции Шевченко, предприятия города сливают в канализационную систему свои производственные стоки без обязательной предварительной обработки и очистки их от взвешенных веществ и эмульсий.

В 2011 году мэрия Комрата подготовила проект реконструкции очистных сооружений общей стоимостью 20,8 млн леев. Большую часть этой суммы (17,7 млн леев) должны были перечислить из Экологического фонда Молдовы. В 2012 году из фонда поступил первый транш — 1,5 млн леев, на которые построили приемник для стоков. Больше денег Экологический фонд Комрату не выделял.

По словам мэра Комрата Сергея Анастасова, в фонде это объяснили большим числом заявок на финансирование проектов и нехваткой денег. «У них проекты на 1,5 млрд леев, а бюджет — 250-500 млн леев. Проблема не в фонде, а в государственном планировании», — считает Анастасов. По его словам, представители Гагаузии неоднократно обсуждала с официальным Кишиневом финансирование реконструкции очистных сооружений в Комрате. Но результатов нет и поныне – правительства часто меняются.

В этом году из бюджета Гагаузии выделили 5 млн. леев на строительство в Комрате нового коллектора. Работа уже идет, но, чтобы ее закончить, не хватает 2 млн. леев, сказал Атанасов. При этомодного коллектора для города уже мало – нужно построить как минимум два.

Кроме того, мэрия и мунсовет решили разморозить проект 2011 года реконструкции очистных сооружения и обратились к правительству Молдовы с просьбой помочь с финансированием. По словам Анастасова, теперь воплощение проекта обойдется дороже — предварительно проект оценивается в 30 млн. леев, еще столько же необходимо для проведения канализации по всему городу (сейчас к системе канализации подключены около 30% горожан).

В то же время, главный консультант Экологического фонда Молдовы Татьяна Кирияк рассказала журналистам NewsMaker, что официальный Комрат может обратиться в фонд с заявкой на финансирование в следующем году. Но при этом она отметила, что в этом году приоритетными были проекты, где нужно было 500 тыс. леев для завершения работ. А этой суммы явно недостаточно для реабилитации Ялпуга.

Общественная инспекция молдавского Ялпуга

Ранее молдавский эколог-активист Анатолий Залевский обнародовал сведения о катастрофическом состоянии вод Ялпуга. В начале октября он провел общественную инспекцию русла Ялпуга на территории столицы гагаузской автономии. Берега и русло реки жители Комрата превратили в стихийную свалку – на берегах разбросаны пластиковые бутылки, полиэтиленовые пакеты, алюминиевые банки от Fanta и Coca-Cola, разнообразные мешки из ткани, картона и полиэтилена, остатки пенопластовой упаковки.

Речка Ялпуг, может стать экологической катастрофой юга Молдавии! Нужно срочно решать вопрос (русский, молдавский, гагаузский)Река Ялпуг для Комрата это спасение или вечная зона экологического бедствия?Пару дней назад мы побывали в столице гагаузской автономии городе Комрат. За время нашего там пребывания мы нашли ее самую «главную достопримечательность» – сильно заросшую речку Ялпуг. Мы её увидели впервые, и нам показалось, что река высохла. Берега и русло реки жители Комрата превратили в стихийную свалку – на берегах разбросаны пластиковые бутылки, полиэтиленовые пакеты, алюминиевые банки от Fanta и Coca-Cola, разнообразные мешки из ткани, картона и полиэтилена, остатки пенопластовой упаковки. Подойдя поближе, мы увидели то, чего так боялись. Река не пересохла. Она еще живет, но ее питают неочищенные сточные воды.Это был «ШОК».В этот день мы прошли вдоль русла реки около одного километра. Самым ужасным было то, что на протяжении всего маршрута ничего не изменилось! Берега вдоль реки так же были завалены мусором, а русло заросло густым камышом, в воде проглядывалась еще какая-то болотная растительность.На речке Ялпуг мы побывали возле трех мостов, и только первый порадовал нас наличием жизни – лягушки, которые плескались в небольших лужицах воде и воробьи, присевшие на верхушках камышей.В районе второго моста нас также встретили горы мусора, а также стойкий и неприятный запах, напоминающий запах отходов от производства сахара. Этот запах переработанной свеклы мне запомнился с детства.Уже у самого моста, вонь стала просто невыносимый. Она напоминала запах канализации. Здесь водоём был больше, только его отличие в том, что в нём плавали какие-то тёмные сгустки, а ближе к камышам и возле берега мы увидели белую пену. Мы попытались подтянуть эти сгустки палкой ближе к берегу, но этого не получилось, так как они просто растворялись в воде.Впереди нас ждал последний третий мост, к которому вела небольшая тропинка в траве. Здесь недалеко от реки было несколько закрытых тяжёлой бетонной крышкой канализационных люков. Кстати, в Кишинёве на реке Бычок мы нашли такие же люки, только они были открыты и там бурлила подземная вонючая канализационная «река».Возле третьего моста нас также встретила река с небольшим количеством воды. Мы снова увидели те же бутылки, мешки и другие отходы. В воде мы обнаружили белую пену, похожую на пену от морского прибоя. И конечно же, обязательный атрибут болота – камыши.Пройдя третий мост, мы увидели небольшую поляну и услышали звук текущей воды. Звук ручья. Подойдя поближе мы увидели открытую канализацию, из которой вода, под сильным напором, вытекала в речку, где образовала небольшой водопад. Чуть дальше, за первой открытой канализацией, мы нашли вторую. Она тоже была открыта. Вода в ней немого бурлила, и это напомнило нам процесс брожения.Очень тяжело осознать увиденное. Столица автономии. Канализационные стоки, которые протекают через весь город. Горы мусора на берегах. Погибающая от рук человека река. А ведь ситуация такая же как и в Кишиневе на реке Бык! Чтобы быть объективными, мы взяли пробы воды для того, чтобы провести ее анализ в независимой кишиневской лаборатории.Нам удалось поговорить с местными жителями. Им не нравиться поток канализационных стоков вместо реки, они не хотят жить на мусорной свалке.А так было не всегда. По словам местных жителей, река начала сильно деградировать около 15 лет назад. Жители Комрата устали жить в условиях, когда невыносимая вонь нарастает с каждым годом. Особенно этим обеспокоены жители низовья реки.Да, в городе есть очистные сооружения, но он не покрывают весь город. Кроме того, судя по запаху, часть промышленных предприятий города вообще отказалась подключаться к городской канализационной сети. Местные жители подтверждают наши догадки. Загрязняют реку все, и крупные комбинаты, и экономические агенты, и местные жители, утверждают они. Только кто-то делает это больше, а кто-то меньше.А еще нам сказали, что в прошлом году власти автономии проводили работы по углублению русла реки экскаватором. Правда, не совсем понятно зачем. Может быть попросту, чтобы все канализационные стоки не задерживались в Гагаузии и быстрее «сливались» в Украину? В крупнейшее украинское озеро Ялпуг, длина которого 39 км, а ширина 6 км. А ведь это озеро является ценной экосистемой для различных обитателей, в том числе и внесенных в Красную книгу, и от его чистоты напрямую зависит и численность их популяций.Более старшее поколение Комрата помнит, что около 30 лет назад в реке водилась рыба. Сейчас она водиться выше по течению – в комратском озере, через которое протекает река Ялпуг. Эту рыбу продают на рынке. Ее мясо тоже воняет канализацией и продавцы значительно снижают цену, чтобы люди купили ее. И ее покупают. Жители с небольшим доходом. В экологии есть такое понятие как «биоаккумуляция» – накопление организмом химических веществ, поступающих из окружающей среды в концентрации большей, чем они содержаться в окружающей среде. Другими словами рыба выступает в качестве «живого фильтра», который употребляет человек.В самом городе есть экологические активисты, которые периодически освещают состояние реки. Они и сообщили нам, что решением проблемы реки никто особо не занимается. А когда-то, при СССР в ней купались дети и ловили рыбу. Ранее, чистая вода попадала в реку из комратского озера, а сейчас нет. Фактически реку в городе формируют сточные воды предприятий и населения. А это производственные, бытовые (хозяйственные и фекальные) и поверхностные. Основной проблемой в городе является то, что только 30 % населения подключены к канализационной системе, что является неудовлетворительным показателем для муниципия с численностью около 25 000 человек. Однако, по словам активистов, больше всего неочищенных сточных вод поступает с комратского маслосырзавода.По утверждению активистов, они уже много лет бьют тревогу, но никому в Комрате это не интересно. Городская администрация заинтересована в решении этого вопроса, но для этого нет денег. Нужны инвестиции. Своими силами администрация Комрата один раз в год проводит уборку берегов реки от мусора. В 2019 году убирали в феврале, и этого, как мы видим недостаточно. Ведь о проблеме нужно думать все время и хотя бы своими силами поддерживать берега реки в чистоте. Это точно не дорого.Комрат давно хочет решить вопрос и найти инвестиции на очистные сооружения для всего города, очистку реки и обучающие программы для жителей муниципия. Потенциальным инвесторам не интересно вкладывать средства в канализацию, потому что они не принесут дохода.Все жители Гагаузии, с которыми нам удалось пообщаться, попросили о помощи у Центральных государственных органов, Министерств, Правительства Молдовы, Парламентов Молдовы, Украины, Турции и России для скорейшего решения и улучшения ситуации с рекой Ялпуг!Râul Ialpug pentru Comrat este o mântuire sau o zonă eternă de dezastru de mediu?Acum câteva zile am vizitat capitala autonomiei găgăuze, orașul Comrat. În timpul sejurului nostru, am găsit cea mai „atracție principală” – râul Ialpug puternic depășit. Am văzut-o pentru prima dată și ni s-a părut că râul s-a uscat. Locuitorii din Comrat au transformat malurile și albia râului într-o groapă naturală – sticle de plastic, pungi de plastic, cutii de aluminiu de la Fanta și Coca-Cola, diverse saci de țesături, carton și polietilenă, resturile de ambalaje din spumă sunt împrăștiate pe maluri. Mergând mai aproape, am văzut de ce ne era atât de frică. Râul nu este uscat. Încă trăiește, dar este hrănită de canalizare netratată.A fost un «ȘOC».În această zi, ne-am plimbat de-a lungul albiei râului aproximativ un kilometru. Cel mai rău lucru a fost că nimic nu s-a schimbat pe tot parcursul traseului! De asemenea, malurile de-a lungul râului erau pline de gunoi, iar canalul era acoperit cu stuf gros, iar în apă se vedea o altă vegetație mlăștinoasă.Am vizitat râul Ialpug lângă trei poduri și doar primul ne-a mulțumit cu prezența vieții – broaște care se stropeau în puțuri mici de apă și vrăbii cocoțate pe vârfurile de stuf.În zona celui de-al doilea pod, am fost întâmpinați și de munți de gunoi, precum și de un miros persistent și neplăcut care amintește de mirosul deșeurilor provenite din producția de zahăr. Acest miros de sfeclă procesată îmi amintesc încă din copilărie.Deja chiar la pod, duhoarea era pur și simplu insuportabilă. Miroase a canalizare. Există un rezervor mai mare, doar diferența lui era că în el pluteau niște cheaguri întunecate, iar mai aproape de stuf și în apropierea țărmului am văzut spumă albă. Am încercat să tragem aceste aglomerații cu un băț mai aproape de țărm, dar acest lucru nu a funcționat, deoarece pur și simplu s-au dizolvat în apă.În fața noastră era ultimul al treilea pod, spre care se ducea o mică potecă în iarbă. Aici, lângă râu, au fost închise câteva guri de canalizare închise cu un strat de beton greu. Apropo, la Chișinău, pe râul Bâc, am găsit aceleași hașuri, numai că erau deschise și un „râu” de canalizare subteran, care se întindea acolo.În apropierea celui de-al treilea pod am fost întâmpinați și de un râu cu o cantitate mică de apă. Am văzut din nou aceleași sticle, saci și alte deșeuri. În apă am găsit o spumă albă, asemănătoare cu spuma de pe mare. Și, desigur, atributul obligatoriu al unei mlaștini este trestia.După ce am trecut de al treilea pod, am văzut o mică poiană și am auzit zgomotul apei care curge. Sunetul pârâului. Mergând mai aproape, am văzut o canalizare deschisă, din care apa, sub presiune puternică, curgea în râu, unde forma o mică cascadă. Puțin mai departe, în spatele primei canalizări deschise, am găsit a doua. Era și ea deschisă. Apa din ea fierbea în tăcere, iar acest lucru ne-a amintit de procesul de fermentare.Este foarte dificil să realizezi ce a văzut. Capitala autonomiei. Drenele de canalizare care curg prin întregul oraș. Munți de gunoi de pe țărmuri. Un râu care moare la mâinile omului. Dar situația este aceeași ca la Chișinău pe râul Bâc! Pentru a fi obiective, am prelevat probe de apă pentru a le analiza într-un laborator independent de Chișinău.Am reușit să discutăm cu localnicii. Nu le place fluxul de canalizare în loc de râu, nu vor să locuiască într-un depozit de deșeuri.Și nu a fost întotdeauna așa. Potrivit locuitorilor locali, râul a început să se degradeze foarte mult în urmă cu aproximativ 15 ani. Locuitorii din Comrat s-au săturat să trăiască într-un mediu în care un duh insuportabil crește în fiecare an. Locuitorii râului de jos sunt îngrijorați în special de acest lucru.Da, orașul are stații de epurare, dar nu acoperă întregul oraș. În plus, judecând după miros, o parte din întreprinderile industriale ale orașului au refuzat să se conecteze la rețeaua de canalizare a orașului. Localnicii confirmă convingerile noastre. Toată lumea poluează râul, combinate mari, agenții economici și rezidenții locali, spun ei. Doar cineva o face mai mult, și cineva mai puțin.Ni s-a spus, de asemenea, că anul trecut, autoritățile din autonomie au efectuat lucrări pentru aprofundarea albiei râului cu un excavator. Adevărat, nu este în întregime clar de ce. Poate că pur și simplu toate canalele de scurgere nu persistă în Găgăuzia și se „îmbină” mai rapid în Ucraina? Cel mai mare lac ucrainean este Ialpug, a cărui lungime este de 39 km și o lățime de 6 km. Dar acest lac este un ecosistem valoros pentru diverși locuitori, inclusiv pentru cei enumerați în Cartea Roșie, iar numărul populațiilor lor depinde direct de puritatea acestuia.Generația mai veche de Comrat își amintește că în urmă cu aproximativ 30 de ani exista un pește în râu. Acum se găsește în amonte – în lacul Comrat, prin care curge râul Ialpug. Acesta pește se vinde pe piață. Carnea ei, de asemenea, pete de canalizare și vânzătorii reduc semnificativ prețul, astfel încât oamenii să-l cumpere. Și o cumpără. Locuitorii cu venituri mici. În ecologie, există „bioacumularea” – acumularea de substanțe chimice provenite din mediu la o concentrație mai mare decât în mediu. Cu alte cuvinte, peștele acționează ca un „filtru viu”, care este folosit de oameni.În orașul există activiști de mediu care acoperă periodic starea râului. Ne-au informat că nimeni nu este implicat în special în rezolvarea problemei râului. Și odată, în timpul URSS, copiii s-au scăldat în ea și au pescuit. Înainte, apa limpede curgea în râul din lacul Comrat, dar acum nu se întâmplă. De fapt, râul din oraș este format din ape uzate de la întreprinderi și populație. Și acest lucru este industrial, casnic (gospodăresc și fecal) și de suprafață. Principala problemă din oraș este că doar 30% din populație este conectată la sistemul de canalizare, ceea ce reprezintă un indicator nesatisfăcător pentru o municipalitate cu aproximativ 25.000 de persoane. Cu toate acestea, potrivit activiștilor, cea mai mare parte a apelor uzate netratate provine dintr-o uzinâ de unt si cascaval din Comrat.Potrivit activiștilor, sună alarma de mulți ani, dar nimeni din Comrat nu este interesat. Administrația orașului este interesată să rezolve această problemă, dar nu există bani pentru asta. Au nevoie de investiții. Pe cont propriu, administrația Comratului se efectuează, o dată pe an, face curățarea malurilor râurilor de gunoi. În 2019, s-au curățat în februarie, iar acest lucru, după cum vedem, nu este suficient. La urma urmei, trebuie să vă gândiți la problemă tot timpul și cel puțin pe cont propriu pentru a menține curatarea malului râului. Cu siguranță acest lucru nu este scump.Comrat dorește de mult să rezolve problema și să găsească investiții în pentru instalarea staților de epurare pentru întregul oraș, programe de curățare a râurilor și de programe educaționale pentru locuitorii municipiului. Investitorii potențiali nu sunt interesați să investească în canalizare, deoarece nu vor aduce profit.Toți locuitorii Găgăuziei cu care am reușit să vorbim au solicitat ajutor de la organe guvernamentale centrale, ministerelor, Guvernului Moldovei, Parlamentului Moldovei, Ucrainei, Turciei și Rusiei pentru soluție cît mai repede și pentru îmbunătățirea situației cu râul Ialpug!YALPUG DERESİ KOMRAT İÇİN KURTULUŞ MU OSA DİVEÇ EKOLOGİYA BELASI MI? Birkaç gün geeri biz geldik gagauz avtonomiyasının baş kasabasına Komrata. Orada bulunurkan, biz bulduk onun “baş görülecek erini” – otlanmış Yalpug deresini. Gördük biz onu ilk kerä da onuştan sandık, ani derä kurumuş. Komratta yaşayannar derenin kenarlarında hem yataanda kontrolsuz bir gübürlük yapmışlar – derä boyunda daadılı plastik şişelär, polietilen paketlär, Fanta hem Coca-Cola içkilerindän alümin bankalar, türlü materiya, karton hem polietilen çuvallar, penoplast paket kalıntıları. Yaklaştıynan taa yakın, biz gördük onu, nedän en çok korkardık. Derä kurumamış. O taa yaşêȇr, ama onu doyurȇrlar kirli kanalizaţiya suları. Bu bir «ŞOKTU». O günü biz geçtik derä boyundan bir kilometra kadar. En çirkindi o, ani bütün yol boyunca hiç bişey diişmedi! Derä kenarları hep ölä doluydular gübürlän, yatak ta doluydu sık saazlarlan, suyun içindä görünärdi taa nesoy sa balta büüyümneri. Yalpug deresindä biz üç köprüyä gittik, da sade ilk köprünün yanında vardı diri cannar – küçük gölcüklerdä yıkanan kurbaalar hem saazların uçlarına konmuş saçak kuşları.İkinci köprünün dolayanında hep ölä vardı pek çok gübür hem dä aar, kötü bir koku, angısı andırêr şeker yapmak arttıklarını. Bu işlenmiş çükündür kokusunu bän tanıyêrım taa küçüklüümdän.Köprüyä yakın artık dayanılmaz koku duyulardı. O benzärdi kanalizaţiya kokusuna. Burada su taa genişti hem ayırılardı onunnan, ani suyun içindä üzärdi nesoysa kara koyuluklar, taa yakın saazlara hem su boyunda biz gördük biyaz köpük. Sopaylan biz savaştık çekmää bu koyulukları kenara, ama olmadı, neçinki onnar sade eridilär su içindä.İlerdä bizi beklärdi son, üçüncü köprü, angısına vardı nicä etişmää otların içindä bir küçürek patikadan. Burada deredän diil uzakta vardı birkaç kanalizaţiya lükları, angıları kapalıydılar aar beton kapaklarınnan. Söz gelişi, Kişinövda Bıçok deresindä biz hep bölä lükları bulduk, ama onnar açıktılar da içindä kaynardı er altı bet kokulu kanalizaţiya «deresi».Üçüncü köprünün yanında biz genä karşı geldik deräylän, neredä biraz su vardı. Biz genä gördük hep o şişeleri, çuvalları hem başka atıkları. Su içindä deniz köpüünä benzeyän biyaz köpük vardı. Hem dä, baltanın maasuz özellii – saazlar.Üçüncü köprüyü geçip, biz gördük bir küçük çayırcıı hem işittik akan su sesini. Derecik sesini. Taa yakın yaklaşıp, biz gördük açık kanalizaţiyayı, neredän dereyä hızlı akardı su, da orada yapmuştı bir küçük uçansu (vodopad). İlk açık kanalizaţiyadan biraz uzakta biz bulduk taa birini. O da hep açıktı. Onun içindä su biraz kaynardı da pek benzärdi şarap kaynamasına.Gördüümüzü zor annamaa. Avtonomiyanın baş kasabası. Bütün kasabadan akan kanalizaţiya suları. Su kenarlarında gübür bayırları. Adam elindän ölän derä. Durum hep ölä, nicä dä Kişinövda Bık deresindä! Obyektiv olmaa deyni, biz baamsız Kişinöv laboratoriyasında analiz yapmak için su aldık.Biz kasabanın yaşayannarınnan lafedäbildik. Onnar da beenmeerlär, ani derä erinä onnarda var kanalizaţiya suları, onnar da istämeerlär gübürlüktä yaşamaa.Ama herzaman diildi bölä. Yaşayannarın sölediklerinä görä, yakın 15 yıl geeri derä başladı bozulmaa. Komratta yaşayannar bıktılar yaşamaa bölä koşullarda, açan dayanılmaz koku yıl-yıldan hep zeedelener. Ama en çok bunu beenmeerlär derenin aşaakı tarafında yaşayan insannar.Kasabada var paklamak sistemaları, ama onnar kaplamȇȇrlar bütün kasabayı. Bundan kaarä, kokuya bakarak, kimi industriya kurumnarı istämedi baalanmaa kasaba kanalizaţiya sistemasına. Erli yaşayannar bizim düşündüklerimizi dä onaylȇêrlar. Onnar söleerlär, ani dereyi kirlederlär hepsi, hem büük kombinatlar, hem ekonomika agentleri, hem erli insannar. Sade kimisi yapȇr taa çok, kimisi taa az.Taa bizä söledilär, ani geçän yıl avtonomiya zaabitleri ekskavatorlan derä yataanı derinnetmäk işlerini yaptılar. Doorusuna, annaşılmȇr, neçin bu lääzımdı. Beki onun için, ki kanalizaţiya suları durgunmasınnar Gagauziyada da taa hızlı «aksınnar» Ukraynaya? Ukraynanın en büük gölünä Yalpuga, angısının uzunnuu 39 km, genişlii dä 6 km. Ama sonuçta bu göl – türlü diri cannar için, kim Kırmızı kiyatta da yazılı, önemni bir ekosistema, da gölün temizliinä baalı onnarın sayısı da.Komratın taa büük yaşta insannarı tutȇr aklılarında, ani yakın 30 yıl geeri deredä vardı balık. Şindi balık var akıntının yukarısında – Komrat gölündä, neredän geçer Yalpug deresi. Bu balıı panayırda satȇrlar. Onun yaanısı hep kanalizaţiyaya kokȇr da satıcılar vererlär onu ucuza, sade insan alsın. Da onu alȇrlar. Zengin olmayan insannar. Ekologiyada var ölä annamak, nicä “bioakumuläţiya” – ortamdan gelän organizmada himiya elementlerinin taa büük sayıda toplanması, nekadar onnar ortamda var. Başka laflarlan, balık olȇr nicä bir “diri filtra”, angısını iyer insan.Kasabada var ekologiya aktivistleri, angıları zamandan-zamana açıklêêrlar derenin durumunu. Onnar da söledilär bizä, ani derä soruşlarını kimsey çözmeer. Nezamansa Sovet Birlii vakıdında onda yıkanardılar uşaklar hem balık tutardılar. İleri Komrat gölündän pak su akardı dereyä, ama şindi akmêȇr. Faktlara görä, kurumnarın hem insannarın kanalizaţiya suları kasabada bu dereyi kurȇrlar. Bu işlenmiş, yaşayış (çorbacılık hem pislik) hem üst kanalizaţiya suları. Kasabada temel problema o, ani yaşayannarın sade 30% kanalizaţiya sistemasına baalı, bu pek kötüdür muniţipiy için, neredä yaşêȇr yakın 25 000 kişi. Ancak, aktivistlerin laflarına görä, en çok kirli kanalizaţiya suyu geler Komrat yaa hem piinir zavodundan.Aktivistlerin sölediklerinä görä, onnar artık çok yıl bu soruşu çözmää savaşȇrlar, ama Komratta hiç kimseyä bu diil lääzım. Kasaba başları isteerlär bu soruşu çözmää, ama yok para. Lääzım yatırımnar. Komrat administraţiyası kendi kuvedinnän bir kerä yılda derenin kenarlarını paklêȇr. 2019 yılın fevral ayında son kerä topladılar da, nicä biz göreriz, bukadar etmeer. Sonuçta, problema için lääzım düşünmää herzaman hem makar kendi kuvedinnän dereyi pak tutmaa. Bu diil paalı.Komrat çoktan isteer çözmää bu soruşu hem bulmaa yatırımnarı, ki bütün kasabaya kanalizaţiyaları düzmää, dereyi paklamaa hem muniţipiy yaşayannarına üüretmäk programalarını hazırlamaa. Beklenän yatırımcılar istämeerlär vermää para kanalizaţiyaya, çünkü o gelir getirmeyecek.Hepsi Gagauziya yaşayannarı, kiminnän biz lafedäbildik, Merkez Devlet organnarında, Moldova Ministerliklerindä, Hükümettä, Moldova, Ukrayna, Turkiya hem Rusiya Parlamentlerindän yardım istedilär, ki en kısa zamanda Yalpug deresinin soruşunu çözmää hem iileştirmää durumu!Автор статьи: Залевский АнатолийОсобую благодарность выражаем:Петру Николаевичу Занет из Комрата за активное участие и помощь в подготовке фото и видеоматериала,Марине за помощь в Комрате и всем кто участвовал и участвует в решении этого вопроса и других экологических вопросов из Молдовы и из других стран!!!

Опубліковано Анатолієм Залевским Субота, 5 жовтня 2019 р.

Анатолий Залевский выявил место сброса канализационных стоков и отходов переработанной свеклы. По его словам, жители Комрата устали жить в условиях, когда невыносимая вонь нарастает с каждым годом. Особенно этим обеспокоены жители низовья реки. Ведь так было не всегда. Как рассказали активистам-экологам местные жители, река начала сильно деградировать около 15 лет назад. В Комрате есть очистные сооружения, но они не покрывают весь город. Загрязняют реку все, и крупные комбинаты, и экономические агенты, и сами местные жители.

Старшее поколение Комрата еще помнит, как 30 лет назад в реке водилась рыба. Сейчас она водиться выше по течению – в комратском озере, через которое протекает река Ялпуг. Эту рыбу продают на рынке, несмотря на то, что ее мясо тоже воняет канализацией. Продавцы значительно снижают цену – и рыбу покупают местные жители с небольшим доходом. В экологии есть такое понятие как «биоаккумуляция» – накопление организмом химических веществ, поступающих из окружающей среды в концентрации большей, чем они содержаться в окружающей среде. Другими словами рыба выступает в качестве «живого фильтра», который употребляет человек.

Речка Ялпуг, может стать экологической катастрофой юга Молдавии! Нужно срочно решать вопрос (русский, молдавский, гагаузский)Река Ялпуг для Комрата это спасение или вечная зона экологического бедствия?Пару дней назад мы побывали в столице гагаузской автономии городе Комрат. За время нашего там пребывания мы нашли ее самую «главную достопримечательность» – сильно заросшую речку Ялпуг. Мы её увидели впервые, и нам показалось, что река высохла. Берега и русло реки жители Комрата превратили в стихийную свалку – на берегах разбросаны пластиковые бутылки, полиэтиленовые пакеты, алюминиевые банки от Fanta и Coca-Cola, разнообразные мешки из ткани, картона и полиэтилена, остатки пенопластовой упаковки. Подойдя поближе, мы увидели то, чего так боялись. Река не пересохла. Она еще живет, но ее питают неочищенные сточные воды.Это был «ШОК».В этот день мы прошли вдоль русла реки около одного километра. Самым ужасным было то, что на протяжении всего маршрута ничего не изменилось! Берега вдоль реки так же были завалены мусором, а русло заросло густым камышом, в воде проглядывалась еще какая-то болотная растительность.На речке Ялпуг мы побывали возле трех мостов, и только первый порадовал нас наличием жизни – лягушки, которые плескались в небольших лужицах воде и воробьи, присевшие на верхушках камышей.В районе второго моста нас также встретили горы мусора, а также стойкий и неприятный запах, напоминающий запах отходов от производства сахара. Этот запах переработанной свеклы мне запомнился с детства.Уже у самого моста, вонь стала просто невыносимый. Она напоминала запах канализации. Здесь водоём был больше, только его отличие в том, что в нём плавали какие-то тёмные сгустки, а ближе к камышам и возле берега мы увидели белую пену. Мы попытались подтянуть эти сгустки палкой ближе к берегу, но этого не получилось, так как они просто растворялись в воде.Впереди нас ждал последний третий мост, к которому вела небольшая тропинка в траве. Здесь недалеко от реки было несколько закрытых тяжёлой бетонной крышкой канализационных люков. Кстати, в Кишинёве на реке Бычок мы нашли такие же люки, только они были открыты и там бурлила подземная вонючая канализационная «река».Возле третьего моста нас также встретила река с небольшим количеством воды. Мы снова увидели те же бутылки, мешки и другие отходы. В воде мы обнаружили белую пену, похожую на пену от морского прибоя. И конечно же, обязательный атрибут болота – камыши.Пройдя третий мост, мы увидели небольшую поляну и услышали звук текущей воды. Звук ручья. Подойдя поближе мы увидели открытую канализацию, из которой вода, под сильным напором, вытекала в речку, где образовала небольшой водопад. Чуть дальше, за первой открытой канализацией, мы нашли вторую. Она тоже была открыта. Вода в ней немого бурлила, и это напомнило нам процесс брожения.Очень тяжело осознать увиденное. Столица автономии. Канализационные стоки, которые протекают через весь город. Горы мусора на берегах. Погибающая от рук человека река. А ведь ситуация такая же как и в Кишиневе на реке Бык! Чтобы быть объективными, мы взяли пробы воды для того, чтобы провести ее анализ в независимой кишиневской лаборатории.Нам удалось поговорить с местными жителями. Им не нравиться поток канализационных стоков вместо реки, они не хотят жить на мусорной свалке.А так было не всегда. По словам местных жителей, река начала сильно деградировать около 15 лет назад. Жители Комрата устали жить в условиях, когда невыносимая вонь нарастает с каждым годом. Особенно этим обеспокоены жители низовья реки.Да, в городе есть очистные сооружения, но он не покрывают весь город. Кроме того, судя по запаху, часть промышленных предприятий города вообще отказалась подключаться к городской канализационной сети. Местные жители подтверждают наши догадки. Загрязняют реку все, и крупные комбинаты, и экономические агенты, и местные жители, утверждают они. Только кто-то делает это больше, а кто-то меньше.А еще нам сказали, что в прошлом году власти автономии проводили работы по углублению русла реки экскаватором. Правда, не совсем понятно зачем. Может быть попросту, чтобы все канализационные стоки не задерживались в Гагаузии и быстрее «сливались» в Украину? В крупнейшее украинское озеро Ялпуг, длина которого 39 км, а ширина 6 км. А ведь это озеро является ценной экосистемой для различных обитателей, в том числе и внесенных в Красную книгу, и от его чистоты напрямую зависит и численность их популяций.Более старшее поколение Комрата помнит, что около 30 лет назад в реке водилась рыба. Сейчас она водиться выше по течению – в комратском озере, через которое протекает река Ялпуг. Эту рыбу продают на рынке. Ее мясо тоже воняет канализацией и продавцы значительно снижают цену, чтобы люди купили ее. И ее покупают. Жители с небольшим доходом. В экологии есть такое понятие как «биоаккумуляция» – накопление организмом химических веществ, поступающих из окружающей среды в концентрации большей, чем они содержаться в окружающей среде. Другими словами рыба выступает в качестве «живого фильтра», который употребляет человек.В самом городе есть экологические активисты, которые периодически освещают состояние реки. Они и сообщили нам, что решением проблемы реки никто особо не занимается. А когда-то, при СССР в ней купались дети и ловили рыбу. Ранее, чистая вода попадала в реку из комратского озера, а сейчас нет. Фактически реку в городе формируют сточные воды предприятий и населения. А это производственные, бытовые (хозяйственные и фекальные) и поверхностные. Основной проблемой в городе является то, что только 30 % населения подключены к канализационной системе, что является неудовлетворительным показателем для муниципия с численностью около 25 000 человек. Однако, по словам активистов, больше всего неочищенных сточных вод поступает с комратского маслосырзавода.По утверждению активистов, они уже много лет бьют тревогу, но никому в Комрате это не интересно. Городская администрация заинтересована в решении этого вопроса, но для этого нет денег. Нужны инвестиции. Своими силами администрация Комрата один раз в год проводит уборку берегов реки от мусора. В 2019 году убирали в феврале, и этого, как мы видим недостаточно. Ведь о проблеме нужно думать все время и хотя бы своими силами поддерживать берега реки в чистоте. Это точно не дорого.Комрат давно хочет решить вопрос и найти инвестиции на очистные сооружения для всего города, очистку реки и обучающие программы для жителей муниципия. Потенциальным инвесторам не интересно вкладывать средства в канализацию, потому что они не принесут дохода.Все жители Гагаузии, с которыми нам удалось пообщаться, попросили о помощи у Центральных государственных органов, Министерств, Правительства Молдовы, Парламентов Молдовы, Украины, Турции и России для скорейшего решения и улучшения ситуации с рекой Ялпуг!Râul Ialpug pentru Comrat este o mântuire sau o zonă eternă de dezastru de mediu?Acum câteva zile am vizitat capitala autonomiei găgăuze, orașul Comrat. În timpul sejurului nostru, am găsit cea mai „atracție principală” – râul Ialpug puternic depășit. Am văzut-o pentru prima dată și ni s-a părut că râul s-a uscat. Locuitorii din Comrat au transformat malurile și albia râului într-o groapă naturală – sticle de plastic, pungi de plastic, cutii de aluminiu de la Fanta și Coca-Cola, diverse saci de țesături, carton și polietilenă, resturile de ambalaje din spumă sunt împrăștiate pe maluri. Mergând mai aproape, am văzut de ce ne era atât de frică. Râul nu este uscat. Încă trăiește, dar este hrănită de canalizare netratată.A fost un «ȘOC».În această zi, ne-am plimbat de-a lungul albiei râului aproximativ un kilometru. Cel mai rău lucru a fost că nimic nu s-a schimbat pe tot parcursul traseului! De asemenea, malurile de-a lungul râului erau pline de gunoi, iar canalul era acoperit cu stuf gros, iar în apă se vedea o altă vegetație mlăștinoasă.Am vizitat râul Ialpug lângă trei poduri și doar primul ne-a mulțumit cu prezența vieții – broaște care se stropeau în puțuri mici de apă și vrăbii cocoțate pe vârfurile de stuf.În zona celui de-al doilea pod, am fost întâmpinați și de munți de gunoi, precum și de un miros persistent și neplăcut care amintește de mirosul deșeurilor provenite din producția de zahăr. Acest miros de sfeclă procesată îmi amintesc încă din copilărie.Deja chiar la pod, duhoarea era pur și simplu insuportabilă. Miroase a canalizare. Există un rezervor mai mare, doar diferența lui era că în el pluteau niște cheaguri întunecate, iar mai aproape de stuf și în apropierea țărmului am văzut spumă albă. Am încercat să tragem aceste aglomerații cu un băț mai aproape de țărm, dar acest lucru nu a funcționat, deoarece pur și simplu s-au dizolvat în apă.În fața noastră era ultimul al treilea pod, spre care se ducea o mică potecă în iarbă. Aici, lângă râu, au fost închise câteva guri de canalizare închise cu un strat de beton greu. Apropo, la Chișinău, pe râul Bâc, am găsit aceleași hașuri, numai că erau deschise și un „râu” de canalizare subteran, care se întindea acolo.În apropierea celui de-al treilea pod am fost întâmpinați și de un râu cu o cantitate mică de apă. Am văzut din nou aceleași sticle, saci și alte deșeuri. În apă am găsit o spumă albă, asemănătoare cu spuma de pe mare. Și, desigur, atributul obligatoriu al unei mlaștini este trestia.După ce am trecut de al treilea pod, am văzut o mică poiană și am auzit zgomotul apei care curge. Sunetul pârâului. Mergând mai aproape, am văzut o canalizare deschisă, din care apa, sub presiune puternică, curgea în râu, unde forma o mică cascadă. Puțin mai departe, în spatele primei canalizări deschise, am găsit a doua. Era și ea deschisă. Apa din ea fierbea în tăcere, iar acest lucru ne-a amintit de procesul de fermentare.Este foarte dificil să realizezi ce a văzut. Capitala autonomiei. Drenele de canalizare care curg prin întregul oraș. Munți de gunoi de pe țărmuri. Un râu care moare la mâinile omului. Dar situația este aceeași ca la Chișinău pe râul Bâc! Pentru a fi obiective, am prelevat probe de apă pentru a le analiza într-un laborator independent de Chișinău.Am reușit să discutăm cu localnicii. Nu le place fluxul de canalizare în loc de râu, nu vor să locuiască într-un depozit de deșeuri.Și nu a fost întotdeauna așa. Potrivit locuitorilor locali, râul a început să se degradeze foarte mult în urmă cu aproximativ 15 ani. Locuitorii din Comrat s-au săturat să trăiască într-un mediu în care un duh insuportabil crește în fiecare an. Locuitorii râului de jos sunt îngrijorați în special de acest lucru.Da, orașul are stații de epurare, dar nu acoperă întregul oraș. În plus, judecând după miros, o parte din întreprinderile industriale ale orașului au refuzat să se conecteze la rețeaua de canalizare a orașului. Localnicii confirmă convingerile noastre. Toată lumea poluează râul, combinate mari, agenții economici și rezidenții locali, spun ei. Doar cineva o face mai mult, și cineva mai puțin.Ni s-a spus, de asemenea, că anul trecut, autoritățile din autonomie au efectuat lucrări pentru aprofundarea albiei râului cu un excavator. Adevărat, nu este în întregime clar de ce. Poate că pur și simplu toate canalele de scurgere nu persistă în Găgăuzia și se „îmbină” mai rapid în Ucraina? Cel mai mare lac ucrainean este Ialpug, a cărui lungime este de 39 km și o lățime de 6 km. Dar acest lac este un ecosistem valoros pentru diverși locuitori, inclusiv pentru cei enumerați în Cartea Roșie, iar numărul populațiilor lor depinde direct de puritatea acestuia.Generația mai veche de Comrat își amintește că în urmă cu aproximativ 30 de ani exista un pește în râu. Acum se găsește în amonte – în lacul Comrat, prin care curge râul Ialpug. Acesta pește se vinde pe piață. Carnea ei, de asemenea, pete de canalizare și vânzătorii reduc semnificativ prețul, astfel încât oamenii să-l cumpere. Și o cumpără. Locuitorii cu venituri mici. În ecologie, există „bioacumularea” – acumularea de substanțe chimice provenite din mediu la o concentrație mai mare decât în mediu. Cu alte cuvinte, peștele acționează ca un „filtru viu”, care este folosit de oameni.În orașul există activiști de mediu care acoperă periodic starea râului. Ne-au informat că nimeni nu este implicat în special în rezolvarea problemei râului. Și odată, în timpul URSS, copiii s-au scăldat în ea și au pescuit. Înainte, apa limpede curgea în râul din lacul Comrat, dar acum nu se întâmplă. De fapt, râul din oraș este format din ape uzate de la întreprinderi și populație. Și acest lucru este industrial, casnic (gospodăresc și fecal) și de suprafață. Principala problemă din oraș este că doar 30% din populație este conectată la sistemul de canalizare, ceea ce reprezintă un indicator nesatisfăcător pentru o municipalitate cu aproximativ 25.000 de persoane. Cu toate acestea, potrivit activiștilor, cea mai mare parte a apelor uzate netratate provine dintr-o uzinâ de unt si cascaval din Comrat.Potrivit activiștilor, sună alarma de mulți ani, dar nimeni din Comrat nu este interesat. Administrația orașului este interesată să rezolve această problemă, dar nu există bani pentru asta. Au nevoie de investiții. Pe cont propriu, administrația Comratului se efectuează, o dată pe an, face curățarea malurilor râurilor de gunoi. În 2019, s-au curățat în februarie, iar acest lucru, după cum vedem, nu este suficient. La urma urmei, trebuie să vă gândiți la problemă tot timpul și cel puțin pe cont propriu pentru a menține curatarea malului râului. Cu siguranță acest lucru nu este scump.Comrat dorește de mult să rezolve problema și să găsească investiții în pentru instalarea staților de epurare pentru întregul oraș, programe de curățare a râurilor și de programe educaționale pentru locuitorii municipiului. Investitorii potențiali nu sunt interesați să investească în canalizare, deoarece nu vor aduce profit.Toți locuitorii Găgăuziei cu care am reușit să vorbim au solicitat ajutor de la organe guvernamentale centrale, ministerelor, Guvernului Moldovei, Parlamentului Moldovei, Ucrainei, Turciei și Rusiei pentru soluție cît mai repede și pentru îmbunătățirea situației cu râul Ialpug!YALPUG DERESİ KOMRAT İÇİN KURTULUŞ MU OSA DİVEÇ EKOLOGİYA BELASI MI? Birkaç gün geeri biz geldik gagauz avtonomiyasının baş kasabasına Komrata. Orada bulunurkan, biz bulduk onun “baş görülecek erini” – otlanmış Yalpug deresini. Gördük biz onu ilk kerä da onuştan sandık, ani derä kurumuş. Komratta yaşayannar derenin kenarlarında hem yataanda kontrolsuz bir gübürlük yapmışlar – derä boyunda daadılı plastik şişelär, polietilen paketlär, Fanta hem Coca-Cola içkilerindän alümin bankalar, türlü materiya, karton hem polietilen çuvallar, penoplast paket kalıntıları. Yaklaştıynan taa yakın, biz gördük onu, nedän en çok korkardık. Derä kurumamış. O taa yaşêȇr, ama onu doyurȇrlar kirli kanalizaţiya suları. Bu bir «ŞOKTU». O günü biz geçtik derä boyundan bir kilometra kadar. En çirkindi o, ani bütün yol boyunca hiç bişey diişmedi! Derä kenarları hep ölä doluydular gübürlän, yatak ta doluydu sık saazlarlan, suyun içindä görünärdi taa nesoy sa balta büüyümneri. Yalpug deresindä biz üç köprüyä gittik, da sade ilk köprünün yanında vardı diri cannar – küçük gölcüklerdä yıkanan kurbaalar hem saazların uçlarına konmuş saçak kuşları.İkinci köprünün dolayanında hep ölä vardı pek çok gübür hem dä aar, kötü bir koku, angısı andırêr şeker yapmak arttıklarını. Bu işlenmiş çükündür kokusunu bän tanıyêrım taa küçüklüümdän.Köprüyä yakın artık dayanılmaz koku duyulardı. O benzärdi kanalizaţiya kokusuna. Burada su taa genişti hem ayırılardı onunnan, ani suyun içindä üzärdi nesoysa kara koyuluklar, taa yakın saazlara hem su boyunda biz gördük biyaz köpük. Sopaylan biz savaştık çekmää bu koyulukları kenara, ama olmadı, neçinki onnar sade eridilär su içindä.İlerdä bizi beklärdi son, üçüncü köprü, angısına vardı nicä etişmää otların içindä bir küçürek patikadan. Burada deredän diil uzakta vardı birkaç kanalizaţiya lükları, angıları kapalıydılar aar beton kapaklarınnan. Söz gelişi, Kişinövda Bıçok deresindä biz hep bölä lükları bulduk, ama onnar açıktılar da içindä kaynardı er altı bet kokulu kanalizaţiya «deresi».Üçüncü köprünün yanında biz genä karşı geldik deräylän, neredä biraz su vardı. Biz genä gördük hep o şişeleri, çuvalları hem başka atıkları. Su içindä deniz köpüünä benzeyän biyaz köpük vardı. Hem dä, baltanın maasuz özellii – saazlar.Üçüncü köprüyü geçip, biz gördük bir küçük çayırcıı hem işittik akan su sesini. Derecik sesini. Taa yakın yaklaşıp, biz gördük açık kanalizaţiyayı, neredän dereyä hızlı akardı su, da orada yapmuştı bir küçük uçansu (vodopad). İlk açık kanalizaţiyadan biraz uzakta biz bulduk taa birini. O da hep açıktı. Onun içindä su biraz kaynardı da pek benzärdi şarap kaynamasına.Gördüümüzü zor annamaa. Avtonomiyanın baş kasabası. Bütün kasabadan akan kanalizaţiya suları. Su kenarlarında gübür bayırları. Adam elindän ölän derä. Durum hep ölä, nicä dä Kişinövda Bık deresindä! Obyektiv olmaa deyni, biz baamsız Kişinöv laboratoriyasında analiz yapmak için su aldık.Biz kasabanın yaşayannarınnan lafedäbildik. Onnar da beenmeerlär, ani derä erinä onnarda var kanalizaţiya suları, onnar da istämeerlär gübürlüktä yaşamaa.Ama herzaman diildi bölä. Yaşayannarın sölediklerinä görä, yakın 15 yıl geeri derä başladı bozulmaa. Komratta yaşayannar bıktılar yaşamaa bölä koşullarda, açan dayanılmaz koku yıl-yıldan hep zeedelener. Ama en çok bunu beenmeerlär derenin aşaakı tarafında yaşayan insannar.Kasabada var paklamak sistemaları, ama onnar kaplamȇȇrlar bütün kasabayı. Bundan kaarä, kokuya bakarak, kimi industriya kurumnarı istämedi baalanmaa kasaba kanalizaţiya sistemasına. Erli yaşayannar bizim düşündüklerimizi dä onaylȇêrlar. Onnar söleerlär, ani dereyi kirlederlär hepsi, hem büük kombinatlar, hem ekonomika agentleri, hem erli insannar. Sade kimisi yapȇr taa çok, kimisi taa az.Taa bizä söledilär, ani geçän yıl avtonomiya zaabitleri ekskavatorlan derä yataanı derinnetmäk işlerini yaptılar. Doorusuna, annaşılmȇr, neçin bu lääzımdı. Beki onun için, ki kanalizaţiya suları durgunmasınnar Gagauziyada da taa hızlı «aksınnar» Ukraynaya? Ukraynanın en büük gölünä Yalpuga, angısının uzunnuu 39 km, genişlii dä 6 km. Ama sonuçta bu göl – türlü diri cannar için, kim Kırmızı kiyatta da yazılı, önemni bir ekosistema, da gölün temizliinä baalı onnarın sayısı da.Komratın taa büük yaşta insannarı tutȇr aklılarında, ani yakın 30 yıl geeri deredä vardı balık. Şindi balık var akıntının yukarısında – Komrat gölündä, neredän geçer Yalpug deresi. Bu balıı panayırda satȇrlar. Onun yaanısı hep kanalizaţiyaya kokȇr da satıcılar vererlär onu ucuza, sade insan alsın. Da onu alȇrlar. Zengin olmayan insannar. Ekologiyada var ölä annamak, nicä “bioakumuläţiya” – ortamdan gelän organizmada himiya elementlerinin taa büük sayıda toplanması, nekadar onnar ortamda var. Başka laflarlan, balık olȇr nicä bir “diri filtra”, angısını iyer insan.Kasabada var ekologiya aktivistleri, angıları zamandan-zamana açıklêêrlar derenin durumunu. Onnar da söledilär bizä, ani derä soruşlarını kimsey çözmeer. Nezamansa Sovet Birlii vakıdında onda yıkanardılar uşaklar hem balık tutardılar. İleri Komrat gölündän pak su akardı dereyä, ama şindi akmêȇr. Faktlara görä, kurumnarın hem insannarın kanalizaţiya suları kasabada bu dereyi kurȇrlar. Bu işlenmiş, yaşayış (çorbacılık hem pislik) hem üst kanalizaţiya suları. Kasabada temel problema o, ani yaşayannarın sade 30% kanalizaţiya sistemasına baalı, bu pek kötüdür muniţipiy için, neredä yaşêȇr yakın 25 000 kişi. Ancak, aktivistlerin laflarına görä, en çok kirli kanalizaţiya suyu geler Komrat yaa hem piinir zavodundan.Aktivistlerin sölediklerinä görä, onnar artık çok yıl bu soruşu çözmää savaşȇrlar, ama Komratta hiç kimseyä bu diil lääzım. Kasaba başları isteerlär bu soruşu çözmää, ama yok para. Lääzım yatırımnar. Komrat administraţiyası kendi kuvedinnän bir kerä yılda derenin kenarlarını paklêȇr. 2019 yılın fevral ayında son kerä topladılar da, nicä biz göreriz, bukadar etmeer. Sonuçta, problema için lääzım düşünmää herzaman hem makar kendi kuvedinnän dereyi pak tutmaa. Bu diil paalı.Komrat çoktan isteer çözmää bu soruşu hem bulmaa yatırımnarı, ki bütün kasabaya kanalizaţiyaları düzmää, dereyi paklamaa hem muniţipiy yaşayannarına üüretmäk programalarını hazırlamaa. Beklenän yatırımcılar istämeerlär vermää para kanalizaţiyaya, çünkü o gelir getirmeyecek.Hepsi Gagauziya yaşayannarı, kiminnän biz lafedäbildik, Merkez Devlet organnarında, Moldova Ministerliklerindä, Hükümettä, Moldova, Ukrayna, Turkiya hem Rusiya Parlamentlerindän yardım istedilär, ki en kısa zamanda Yalpug deresinin soruşunu çözmää hem iileştirmää durumu!Автор статьи: Залевский АнатолийОсобую благодарность выражаем:Петру Николаевичу Занет из Комрата за активное участие и помощь в подготовке фото и видеоматериала,Марине за помощь в Комрате и всем кто участвовал и участвует в решении этого вопроса и других экологических вопросов из Молдовы и из других стран!!!

Опубліковано Анатолієм Залевским Субота, 5 жовтня 2019 р.

В самом Комрате есть экологические активисты, которые периодически освещают состояние реки. Они и сообщили группе Анатолия Залевского, что решением проблемы Ялпуга никто особо не занимается. Ранее чистая вода попадала в реку из комратского озера, а сейчас нет. Фактически реку в городе формируют сточные воды предприятий и населения – производственные, бытовые (хозяйственные и фекальные) и поверхностные. Основной проблемой в городе является то, что только 30 % населения подключены к канализационной системе, что является неудовлетворительным показателем для муниципия с численностью около 25 000 человек. Однако, по словам активистов, больше всего неочищенных сточных вод поступает с комратского маслосырзавода.

В ходе общественной инспекции Анатолий Залевский взял на анализ пробы воды из реки Ялпуг у моста по дороге на Чадыр-Лунгу. Эти пробы 11 октября 2019 года были переданы в лабораторию Агентства окружающей среды в Кишиневе, а результаты лабораторных анализов за Nr. 360 от 11.10.2019 в дальнейшем обнародованы.

Выводы лаборатории однозначны: «состояние реки в соответствии с экологическими требованиями к качеству поверхностных вод HG 890 от 12.11.2013 в контролируемом районе (Комрат) соответствует V классу качества (очень загрязненная)». Они подтвердили выводы активистов-экологов о том, что река Ялпуг для многих предприятий и жителей Комрата служит не чем иным, а очень удобным отстойником для их сточных вод.

Также в ходе общественной инспекции самой крупной молдавской реки активистам рассказали, что в прошлом году власти автономии проводили работы по углублению русла реки экскаватором. Не совсем понятно зачем – может для того, чтобы все канализационные стоки не задерживались в Гагаузии и быстрее «сливались» в Украину? В крупнейшее украинское озеро Ялпуг, длина которого 39 км, а ширина 6 км. А ведь это озеро является ценной экосистемой для различных обитателей, в том числе и внесенных в Красную книгу, и от его чистоты напрямую зависит и численность их популяций.

Какова реакция Украины на загрязнения озера Ялпуг?

Реакции официальных властей на наличие сбросов в озеро Ялпуг через одноименную речку со стороны Молдовы – нет. Как и не было реакции на загрязнение, когда было обнародовано журналистское расследование о сбросах неочищенных промышленных стоков в Тараклии в реку Киргиж-Китай, которая потом идет в село Малоярославец Тарутинского района Одесской области.

Официально в Украине подтверждается низкое качество воды в озере Ялпуг, откуда проводится водозабор для Болграда. Катастрофическое состояние водопроводной воды там было зафиксировано в 2017 году, но никакого реагирования нет до сих пор.

Народный депутат Антон Киссе, на округе которого в основном живут потребители загрязненной воды, предпочитает в этом обвинять центральную киевскую власть. Поговаривают, что это не случайно – через границу у Киссе есть бизнес-партнеры и ему не с руки обвинять Молдову. Также не спешит решить проблему и однопартиец Киссе по партии “Наш Край” Юрий Димчогло, заместитель председателя Одесского областного совета. Димчогло сам родом из Гагаузии и ездит туда исключительно на праздники, а не для того, чтобы решать экологические проблемы жителей и Комрата, и украинской Бессарабии. Поэтому проблемой загрязнения Ялпуга озабочены исключительно общественные организации.

Пока официальная власть не признает факт загрязнения вод озера Ялпуг сбросами со стороны Молдовы – проблему никто решать не будет. Молдова будет прикрываться недостатком финансирования, а страдать будут жители Одесской области, потребляющие некачественную воду.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Обратная связь

Copyright © All rights reserved. | Newsphere by AF themes.